Поначалу все восприняли коронавирус как временную проблему, поэтому никакие планы особо не менялись. Когда же стало ясно, что это всерьез и надолго, поменялось все, начиная от отношения к творчеству, заканчивая отношением жизни. То есть у тебя был какой-то привычный уклад жизни, который в один момент изменился радикально. 

Сначала это сильно угнетает, потом начинаешь искать плюсы. Мы, например, наконец-то в спокойном режиме записали отличнейший альбом, который выпустим уже в феврале.  

При этом забавно наблюдать, как быстро стал меняться мир, как меняется психика, как меняются люди. Кто-то показал наконец-то свою истинную сущность, кто-то вообще отошел в мир иной, кто-то, наоборот, сумел быстро адаптироваться и подняться. 

А кто-то, как я, например, сумел остановиться, плотно подумать о своей жизни, а заодно и хотя бы немного отдохнуть от непрекращающихся последние годы гастролей. Любой кризис — время не только потрясений, но и возможностей.

Беспокоит пока только то, что спустя год так и нет понимания, вернется ли мир на уровень февраля 2020 года, или же это окончательные изменения, к которым придется приспосабливаться. 

Неясно, как быть дальше: планировать туры до сих пор нельзя, подпольные концерты тоже проводить было бы неправильно, поэтому все находится в подвешенном состоянии. 

Если бы нам сказали: «Чуваки, пандемия продлится до 2022 года», было бы гораздо проще. Но никто ничего не говорит, по понятным причинам.