27.08.2021 / 08:18

«Ухо музыканта, руки резчика»: мир бьется над тайной скрипок Страдивари

Скрипка

Фото автора Ylanite KoppensPexels

Скрипка

Фото автора Ylanite KoppensPexels

Если вдуматься, то существование в истории этого Мастера и его творений опровергает саму идею прогресса.

Причем не прогресса в искусстве, где мысль о недосягаемых образцах, созданных гениальными предшественниками, отнюдь не нова. Речь о прогрессе в материальной сфере.

Непревзойденные шедевры

В самом деле, на протяжении столетий музыкальные инструменты совершенствовались, обретали новые возможности звучания. Современные духовые явно превосходят по качеству те, которыми пользовались музыканты эпохи барокко: их производят из сверхчистых сплавов, каждый микрон их сокровенных изгибов выверен на компьютере в акустических лабораториях.

Современные рояли обладают, несомненно, более богатыми тембровыми возможностями, нежели их говорим о синтезаторах, далеко превосходящих по богатству звука благородный старинный орган.

И только скрипки, созданные старыми итальянскими мастерами, остаются непревзойденными шедеврами и упорно хранят свою тайну. Творения, вышедшие из рук Амати, Гварнери и, конечно же, Страдивари, являются не просто музыкальными инструментами — лучшие из лучших виртуозов мира признают в них равноправных партнеров, сотоварищей в творчестве.

В них влюбляются, как в прекрасных женщин, и их прячут в банковские сейфы, как драгоценнейшие бриллианты. На аукционах они соперничают в стоимости с полотнами величайших художников. Время от времени мир облетает весть о том, что тайна поразительного звучания скрипок Страдивари раскрыта, и тем не менее никому из современных мастеров не удалось создать ничего подобного.

Долгий путь


Точная дата и место рождения Мастера неизвестны. Считается, что его родители, спасаясь от чумы, покинули Кремону и Антонио родился в маленьком селении неподалеку от города.

Известны имена его родителей — Алессандро Страдивари и Анна Морони — и то, что мальчик рано остался сиротой. Юный Страдивари перепробовал множество профессий и везде терпел неудачу. Сначала он мечтал стать скульптором. Кто из итальянских мальчишек в те годы не грезил о славе божественного Микеланджело?

Творения, выходившие из его рук, были изящны, добротны, но лицам статуй недоставало выразительности, индивидуальности. Забросив ваяние, Антонио занялся резьбой по дереву: он изготовлял резные украшения для богатой мебели, рамы для картин, распятия.

На какое-то время его увлекло искусство рисования — и юноша с величайшим тщанием изучал орнаменты дверей и настенной живописи соборов, рисунки великих мастеров. Страдивари обладал идеальным слухом — стоит ли удивляться, что со временем в его душе, вытеснив все иные увлечения, воцарилась музыка?

Антонио упорно учился игре на скрипке, но пальцам, загрубевшим от нудной, монотонной работы по дереву, не хватало беглости. «Ухо музыканта, руки резчика», — говорили о нем сотоварищи. И тогда Страдивари отказался от мысли стать музыкантом. Но не отказался от музыки. Еще осваивая тайны скрипичного мастерства, он почти всегда был неудовлетворен звучанием инструмента. Вероятно, именно это сочетание идеального слуха и натруженных пальцев резчика по дереву и привело его к обретению новой профессии. Точнее, призвания.

Порог прославленного скрипичного мастера Николо Амати Антонио переступил, достигнув 23 лет — по тем временам это был возраст взрослого мужчины, которому уже зазорно считаться учеником. И тем не менее он целых 12 лет, с 1667 по 1679 год, служил у Амати бесплатным учеником, сначала выполняя самую черную работу, а впоследствии и набираясь опыта в искусстве создания скрипок.

Впрочем, никаких тайн мастерства у Амати он не приобрел — у мастера Николо были собственные сыновья, которым суждено было унаследовать секреты ремесла. Страдивари же
должен был идти собственным путем, самостоятельно постигая тайны дерева и усовершенствуя составы лака, экспериментируя с обводами инструментов. Только так, превзойдя Учителя, можно было самому стать Мастером.

В 1680 году Антонио открыл в Кремоне собственную мастерскую на площади Святого Доминика. Со временем он и сам приобрел славу величайшего скрипичного мастера, однако к идеальному звучанию, добиться которого он поставил себе целью, смог приблизиться лишь спустя 20 лет.

И поныне идеальными, непревзойденными инструментами считаются скрипки и виолончели, вышедшие из его рук в период с 1698 по 1725 год. То есть после 20 лет, наполненных бесконечным трудом и поисками совершенства, Мастер, достигший уже преклонного возраста, это совершенство творил! Антонио Страдивари ушел из жизни 18 декабря 1737 года, в возрасте 93 лет, создав перед самой кончиной свою последнюю скрипку, которой он дал название «Лебединая песня».

Непередаваемое мастерство

Скрипка

Фото автора cottonbroPexels

Скрипка

Фото автора cottonbroPexels

На протяжении столетий считалось, что тайна Страдивари заключается в уникальном рецепте его лака. Еще при жизни Мастера этот секрет пытались купить или даже выкрасть. Однако так ли это? Из созданных руками Страдивари 1 100 инструментов до наших дней дошло около 650.

Скрупулезные средства современного анализа показывают, что на некоторых инструментах прославленный лак успел стереться начисто. Некоторые были позднее покрыты лаком заново. А уникальное звучание осталось! Значит, дело в чем-то ином. Выяснилось, что инструменты Страдивари сделаны из особой, чрезвычайно плотной древесины, которая якобы и придает им уникальные акустические свойства.

Считалось, что значительное похолодание, настигшее Европу в период с 1625 по 1720 год, обусловило наиболее медленный рост деревьев и особые качества древесины. Но ведь из той же древесины делали скрипки и другие кремонские мастера! И по сей день никто не в состоянии объяснить, почему гибкий, гармоничный голос скрипок Страдивари столь не похож на более густой и глубокий голос скрипок другого великого Мастера — Джузеппе Гварнери, по прозвищу дель Джезу.

Еще одна, также опирающаяся на свойства древесины теория гласила, что Страдивари особым образом вымачивал дерево, чтобы предохранить его от жучков. Рецепт этого раствора и составлял его тайну. Однако современные методы анализа не обнаружили в инструментах Страдивари каких-либо особых химических компонентов, отличных от их менее прославленных сотоварищей. Существовала, наконец, теория, согласно которой Страдивари пользовался запасами какого-то необычайно сухого, отлежавшегося едва ли не на протяжении полувека дерева, однако и она не нашла подтверждения.

Скрипки Страдивари обмеряны и просчитаны вдоль и поперек, но ни одна попытка создать их точную копию еще не увенчалась успехом. Рискну предположить, что секрет старого Мастера кроется в ином: дело не в том, чтобы достичь совершенства в подражании Страдивари, гораздо важнее научиться подражать тому, что служило образцом для самого Мастера.

Я имею в виду живой человеческий голос — великое итальянское бельканто. Недаром каждая скрипка Страдивари обладает собственным неповторимым голосом — ни одна из них не похожа на своих товарок. Тщательные промеры показывают: дека каждой скрипки всегда обладает неравной толщиной, причем общих закономерностей в этой неравномерности выявить не удалось.

Похоже, старый Мастер подходил к каждой скрипке индивидуально, пытаясь выявить уникальный голос избранного им куска древесины и впоследствии просто отсечь все лишнее. Ощущая это лишнее в буквальном смысле слова кончиками пальцев.

Так создавали свои шедевры величайшие скульпторы. Вспомним, что некогда Страдивари сам учился ваянию. Это мастерство невозможно поставить на поток, воспроизвести либо скопировать — каждый шедевр создается заново, вопреки открытым ранее законам.

А это значит, что нет никакой тайны, которую можно украсть, купить, да хотя бы и открыть заново, — есть бесконечный труд и бесконечный поиск. И есть благоговение Мастера перед своим еще не сотворенным созданием. Недаром искусство творцов, создающих скрипки, так часто уподобляют мастерству иконописи.