16.07.2021 / 11:00

Тихая жертва: как возникли две «сестринские» церкви в Риме

Санта-Пуденциана и Санта-Пракседа

commons.wikimedia.org/wiki/File:Santa_Pudenziana_-_portale.jpg

Санта-Пуденциана и Санта-Пракседа

commons.wikimedia.org/wiki/File:Santa_Pudenziana_-_portale.jpg

Санта-Пуденциана и Санта-Пракседа были возведены в IV веке.

Каждый, кто был в Риме, чувствовал себя приобщившимся к центру мироздания. Не зря же на Форуме, главной площади города, среди дворцов и храмов возвышался Пуп Земли — каменная колонна. Эдакий горделивый пик. Центр Вселенной, знак, что мир, раскинувшийся «до самых до окраин», начинается здесь...

Тем, кто жил в те времена, Рим казался вечным: что может пошатнуть город, купающийся в роскоши, зрящий живое воп­лощение бога — Кесаря! Но, как любая сверхдержава, Римская империя затрачивала колос­сальные силы, чтобы держать в узде завоеванные народы. Как всякую империю, ее подтачива­ли внутренние распри.

И все же Рим был силен: этот колосс стоял не на глиняных ногах. Силу свою Рим черпал в язычестве, допус­кающем появление новых богов с обликом очередного кесаря. Святилища множились, небесные и земные боги карали и благо­словляли.

Первые христиане ютились в катакомбах у Аппиевой дороги, древней «магистрали», соединяю­щей столицу с окраинами. Там со­бирались для молитв, скрывались от преследователей, хоронили усопших, пробивая лабиринты в подземельях. Захоронения сохра­нились до сих пор, но лишь малая часть лабиринтов открыта для экскурсий: опасно бродить под сводами 2000-летней давности.

Быть христианином в язы­ческом Риме было смертельно опасно. Вот одна из малоизвест­ных историй.

Кровь и камни

Фреска

https://commons.wikimedia.org/wiki/User:Sailko

Фреска

https://commons.wikimedia.org/wiki/User:Sailko

Дочери сенатора Пуденса — Пракседа и Пуденциана вместе с отцом приняли христианство. Крестил их апостол Петр, в их доме он нашел временное убе­жище от преследований. Знатный сенатор, не вызывая подозрений, принимал гостей, а поместье его долгое время было тайным при­бежищем христиан.

Все же приверженцев за­претного учения выследили. Однажды, в разгар молитвен­ного собрания, в дом ворвались солдаты и перерезали всех при­сутствующих. Однако сенатора и его домочадцев не тронули. Тела растерзанных бросили в колодец.

Пракседа и Пуденциана губками собирали разлитую кровь, сли­вали в сосуды, которые потом с молитвами опустили все в тот же колодец. Через год сестры разделили судьбу тех, кто уже покоился там, на дне. А в IV веке на месте дворца Пуденса возвели две «сестринские» церкви: Санта-Пуденциана и Санта-Пракседа.

До сих пор стоят эти храмы, хотя туристы обычно туда не за­ходят, предпочитая посещать знаменитую базилику Санта-Мария-Маджоре. Кафедральный собор, один из четырех, в которых есть Святая дверь. У католиков считается, что тот, кто через нее пройдет, очистится от грехов.

«Сестринские» церквушки трогательнее. В них поражает разноголосица стилей: в Сан-та-Пракседе стоит обычная для католических церквей незамыс­ловатая скульптурка Святой Пракседы. По обеим сторонам от нее — византийские фрески: фи­гуры святых, лица которых полны муки. До чего же они прекрасны рядом: как два лика веры!

Дверь в прощение

В начале «дверей очищения» было семь. В каждой — одина­ковые замки и один ключ, кото­рым и по сей день папа эти двери открывает. Раньше они отпира­лись раз в 100 лет — так шло до 1675 года, когда их стали откры­вать раз в полвека, при этом «со­кратив» число Святых дверей до четырех, существующих по сей день.

Нынешний папа повелел открывать двери раз в 25 лет — чтобы каждый в течение жизни мог шагнуть через сакральный порог. Ближайший святой год — 2025-й. У меня вопрос: если так просто уйти от грехов, зачем было Христу и первым его последова­телям принимать мучительную смерть? За легким прощением проглядывает язычество.

Лазейка для богов

Фреска

https://commons.wikimedia.org/wiki/User:Sailko

Фреска

https://commons.wikimedia.org/wiki/User:Sailko

Его следы в Риме — всюду. Когда около 125 года н. э. здесь возвели храм, сенат хотел посвя­тить его тогдашнему императору Октавиану Августу. А он приказал посвятить храм всем богам. Так появился Пантеон.

С приходом христианства, дабы поразить язычество в са­мое сердце, папа Бонифаций IV это гигантское святилище решает превратить в церковь Всех святых и мучеников. Из катакомб привез­ли 28 подвод с прахом мучеников веры и торжественно захоронили в Пантеоне.

По легенде, в ту же ночь языческие боги темными те­нями взвились под потолок и по­кинули свою обитель через отвер­стие в куполе. Оно зияет до сих пор, и закрывать его запрещено. Это символическая лазейка для языческих кумиров. Кстати, уже в наше время неоязычники За­пада и Америки объединились в Церковь всех миров. «Здание» этой церкви духовного плана, но преемственность символики очевидна.

С другой стороны, нет ни од­ной религии, не гордящейся сво­ими реликвиями. Ведь что такое реликвия, как не доказательство истинности событий, составля­ющих суть учения. У христиан вызывает трепет все, связанное со Спасителем: платок, которым утирала Ему лицо святая Верони­ка, колонна, у которой Его бичева­ли, часть Его креста, лестница, по которой Он шел к Пилату.

В базилике на Аппиевой до­роге можно коснуться слепка с камня со следами ног Спасителя. Сам камень хранится в Ватикане, но прикосновение даже к слепку приводит в трепет. До сих пор младенцев опускают в купель, где принял крещение святой Кон­стантин — император, сделавший христианство государственной религией Рима. В храмах хранятся мощи святых и мучеников, прина­длежавшие им некогда предметы (от бинта до хитона). Но есть ре­ликвии, вызывающие недоумение.

Вблизи Рима, в городке Па­оло, связанном с именем свято­го Франциска Ассизского, свя­щенной реликвией считается не только его рука, но и... молочный зуб его сестры. Сколько в таком поклонении от язычества?

Язычеством веет от обычая хранить в храмах части останков одного святого.

Символична одна из ранних римских базилик — Святого Кли­мента. Храм поставлен в XII веке: для Рима — чуть ли не новострой. Колонны в нем, как и во многих других римских соборах, — с Фо­рума, площади, где Пуп Земли. И здесь язычество поддерживает купол христианства!

Сан-Клементо выстроен поверх более древней базилики: в одном из приделов начинается лестница, ведущая в раннехристианскую церковь IV века. Ее нельзя даже сравнить с пышным барокко верхнего собора: низкие своды, сырость разъедает старинные фрески.

Еще ниже, под усыпаль­ницей святых, сохранился храм древнеиранского бога солнца и справедливости Митры. Кстати, митрой называется головной убор католических аббатов, а также некоторых англиканских и лютеранских епископов.

Ватиканский холм носит имя древнеримского божества.

О сущности веры пусть рас­суждают теологи. Но, когда сту­паешь под своды храма, состоя­щего из «этажей» религий, воп­росы не дают покоя. Быть может, потому мы и живем в мире, где каждый сам себе истина.

Камо грядеши?

И все же: что заставляло пер­вых христиан принимать муки? Во имя чего расставались с жизнью?

Иудеи ждали Учителя, готово­го возглавить восстание за веру. По городам бродили наставники с учениками, возвещал пришест­вие Мессии Иоанн Креститель. Он пришел. Но не править миром. Даже 12 избранных, кому Христос толковал свое учение, были убеж­дены: настанет час, рабби Иешуа завоюет Иерусалим и воссядет на престол.

Но он пришел в этот мир с другой целью.

Апостол Петр, обращавший в веру в Бога Единого за одну свою проповедь до 5 тысяч человек, был приговорен кесарем к казни. Лю­бящие Петра христиане уговорили его покинуть Рим. Путь беглеца лежал по Аппиевой дороге. Здесь и увидел Петр Учителя. «Камо грядеши?» («Куда идешь, Госпо­ди?») — спросил Петр. «Иду в Рим, чтобы снова быть распятым», — ответил Христос. Петр повернул назад. Вера победила силу.

Как труден этот путь! И как благодатен!